Сопровождаемое проживание людей с ограниченными
возможностями в России
#

Проект софинансируется ЕС

#
Цветовая схема###
Размер шрифта А А А

"Возрастная отбраковка 18+" и "«Территория zero»"

22.08.2021

Несколько дней назад одновременно вышли две важные публикации.

"Новая газета" опубликовала статью "Возрастная отбраковка 18. Как государство вынуждает родителей отдавать своих совершеннолетних детей-инвалидов в ПНИ".

"Полтора года назад учредитель благотворительного фонда «Дом с маяком» Лида Мониава и еще несколько сотрудников Детского хосписа взяли на время карантина самых тяжелых детей из интерната домой. Чтобы эти дети смогли пережить эпидемию.

Эпидемия кончилась, а дети у сотрудников остались. У Лиды — 13-летний Коля. У Дианы Лусенковой — 20-летний Рома. Оба — глубокие инвалиды, нуждающиеся в постоянном уходе и заботе.

Девушки оформили опекунство на ребят. Так спонтанно возникло две истории, на которых нам было важно показать, как радикально отличается господдержка семей, в которых есть несовершеннолетние и совершеннолетние дети.

Оказалось, что разница в один календарный день в 18 плюс не только означает возрастной рубеж, но и открывает катастрофические перспективы. Фактически дети-инвалиды, став формально совершеннолетними и, по закону, взрослыми, значительной части поддержки и льгот от государства лишаются.

Взамен социальный бонус — путевка во взрослый ПНИ".

Журналист портала "Такие Дела" поговорила с координатором общественного движения «Стоп ПНИ» Марией Сисневой и директором по внешним связям «Перспектив» Светланой Мамоновой: "«Территория zero». Как пандемия COVID-19 отражается на жителях ПНИ, которые больше года находятся взаперти".

"Интернат обнесен забором, пройти внутрь можно только через контрольно-пропускной пункт. Чтобы охранник пропустил вас, необходимо показать пропуск и объяснить, куда вы направляетесь и зачем. Большинство отделений, где живут постояльцы, закрыты на ключ. Когда волонтер приходит навестить своего знакомого, подопечного, это непременно происходит в присутствии персонала.

«Все это не способствует поддержанию идеи о том, что это дом человека, социальное учреждение. Все это работает на какую-то другую структуру и больше напоминает психиатрические больницы или тюрьмы», — считает Светлана.

Залогом соблюдения прав людей в закрытой системе, по мнению собеседников ТД, является ее прозрачность. Как только по какой-то причине двери для волонтеров и сотрудников некоммерческих организаций закрываются, риск нарушений сильно возрастает.

... «Они [жители] и до этого были изолированы от внешнего мира, но коронавирус усугубил ситуацию. Такая вот территория zero», — отметила Мария Сиснева. Она поделилась с «Такими делами» историями отдельных постояльцев, которые подверглись притеснениям после закрытия интернатов.

Лишенная дееспособности девушка пожаловалась на то, что ей не разрешают тратить даже 20% пенсии. Говорят: «Тебе это не нужно, ты же недееспособная». Это значит, что она может тратить только те деньги, которые заработала в швейной мастерской, — всего до 300 рублей в месяц.

Парню, который смог добиться ограниченной дееспособности, не разрешают искать работу: «За что я боролся? Я получил ограниченную дееспособность, но меня все равно не выпускают за забор под предлогом коронавируса».

Московские интернаты эти проблемы решили: работающие во время коронавируса живут отдельно от остальных в отделениях дневного пребывания.

До первой волны руководство интернатов было более лояльным: можно было написать отказ от лечения, попросить понизить дозу препарата или заменить лекарство. Во время карантина ситуация усугубилась: хочешь не хочешь — пей таблетки.

«Подняла голову “старая гвардия”. Проснулась так называемая система советской психиатрии», — говорит Мария.

Были проблемы с медицинским обслуживанием, волонтерам приходилось передавать препараты, которые идут по дополнительному лекарственному обеспечению, потому что людей не отпускали в аптеку.

Кроме того, при закрытом режиме у людей с инвалидностью обострились проблемы, существовавшие и ранее: реже выпускают на прогулки, чаще запрещают связываться с близкими людьми, препятствуют посещениям родственников и волонтеров. Также участились случаи насилия со стороны соседей по комнате. Собеседникам ТД известны ситуации, когда в связи с пандемией вскрылись факты некачественного ухода за лежачими подопечными интерната.

«Родители, которые через какое-то время получали доступ к своим детям, находили их, мягко говоря, в плохом состоянии. Были пролежни и так далее», — рассказывает Светлана".


#####